Отец Херти - молчаливый маленький человек с улыбчивым лицом, - не требовал от жизни многого. Он был доволен, когда после рабочего дня в. ремонтной мастерской, где у него в шкафчике хранились еще инструменты деда, он сидел в углу кухни и смотрел, как его худенькая жена, суетясь у плиты, готовит ужин.

Потом заходил кто-нибудь из соседей, и отец, улыбаясь, слушал новости, изредка кивая головой. Однако в последнее время улыбка на его лице появляется все реже. Он молча уходит на работу, ссутулившись, в своем стареньком, залатанном комбинезоне, а вернувшись домой, не переодевается, как раньше, в чистый костюм. Херти видел, как опускается отец, становясь все больше похожим на разнорабочего, обслуживающего привокзальные склады. А ведь он - высококвалифицированный слесарь! Только изредка светлеет лицо отца. Это бывает, когда Херти выреаает силуэты из черной бумаги. "Кумушки за чашкой кофе"... "Полицейский на посту"... "Тетя Эльза печет пирог"... Отца восхищает быстрота, с которой Херти орудует ножницами, и он долго любуется вырезанными ажурными картинками.

...Херти нес свернутый в рулон холст по темному вечернему Берлину, и ему казалось, что каждый встречный смотрит с подозрением на его ношу. "Что будет с нами, если портрет Эйнштейна найдут у нас в доме?"

- Херти! - крикнула мать, услышав его шаги по лестнице.

- Сейчас! - Херти быстро поднялся на чердак, положил холст на старую железную кровать и спустился. В кухне была одна мать.

- Что с тобой? - вытирая о фартук мокрые руки, она с тревогой смотрела на покрытое капельками пота лицо сына.

Из комнаты вышел отец.

- Сынок вы-ре-жи... мне... портрет, - запинаясь, сказал он, и шатаясь подошел к Херти и положил руку ему на плечо.

Херти с жалостью смотрел на отца: раньше он никогда не пил.

- Херти, что случилось? - опять спросила мать.

- Мама, ты можешь приютить одну картину, которую хотят сжечь?